В Якутске в ДТП пострадал маленький ребёнок
МВД напоминает об ответственности за незаконные акции
В Якутске ударят небывалые морозы
В Кузбассе при обрушении шахты погибли три человека
На всех переправах ФАД Вилюй - грузоподъемность до 40 тонн

3. ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ, ИЛИ КАК Я ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ СОVID-19

Окончание. Начало: "Когда Смерть холодно смотрит тебе в глаза", "После визитов в ад от гордыни не остается и следа..."

СЕРЕБРЯНЫЙ БОР

В боксе на втором этаже инфекционного отделения я пролежал меньше суток. После завтрака в понедельник, 16 ноября, меня попросили собрать вещи: «Вас перевозим в Серебряный Бор!»

Это была хорошая новость. Меня переводят в ковидный госпиталь для легких больных. Это означает, что в моей болезни всё-таки наметился прогресс. К тому же я понимал, что люди здесь, в инфекционном отделении, лежат в коридорах, и мне необходимо освобождать место для продолжающих прибывать больных.

Около 11 часов утра я вышел с вещами из бокса и направился вниз к машине скорой помощи. Неделя неподвижности, да и сохранявшаяся общая слабость, сказались: меня шатало от стенки к стенке широкого коридора. Идти помогала сопровождавшая медсестра. В приемном покое мне отдали верхнюю одежду, я сел в машину «скорой помощи», и мы поехали в Серебряный Бор. Окна в автомобиле не очень замерзли, и на вновь открывшийся мир я смотрел совершенно новыми глазами.

Больница в Серебряном Боре очень понравилась. Прекрасная, уютная, современная и очень комфортная. Главный врач этой больницы – Ольга Викторовна Горюнова. Мне вдвойне повезло: мой любимый доктор стала и моим лечащим врачом. Осознание такой удачи также способствовало быстрому восстановлению. Хотя и не сразу.

Ещё по интервью 2018 года с бывшим заместителем министра здравоохранения республики Людмилой Вербицкой я знал, что на базе больницы поселка Серебряный Бор будет создан межрайонный центр по гастроэнтерологии. В Нерюнгринском районе сохраняется огромная потребность в открытии гепатоцентра – отделения, которое будет лечить больных гепатитами. Сейчас такие больные едут за лечением в Якутск, но не получают его там в полном объеме, потому что лекарства очень дорогие. Таких пациентов надо выводить на амбулаторный или стационарный вид помощи по месту жительства, чтобы это оплачивалось через ОМС. При появлении в Серебряном Бору гастроэнтерологического центра нерюнгринцам не придется выезжать в Якутск или Благовещенск. Медицинская помощь будет оказываться на месте.

В этом плане в Серебряном Боре всё уже было сделано. Но весной 2020 года работу гастроэнтерологического центра временно прервала пандемия COVID-19. Здесь пришлось открыть госпиталь на 68 коек, в котором «ковидные» больные проходят вторую стадию лечения.

Меня впечатлил образцовый порядок в этой больнице. В палатах светло, тепло и уютно, идеальная чистота. Туалеты и душевые на каждом этаже. Кормят прекрасно. К этому времени мне стало легче, и аппетит начал постепенно возвращаться.

Медицинские процедуры продолжались достаточно интенсивно. Уже в шесть утра нам мерили температуру, до девяти утра делали первые уколы. С утра медсестра разносила таблетки на весь день, объясняя, что и когда мы должны принять – натощак, после завтрака, после обеда, на ночь. Таблеток было около десяти, и каждый день я записывал порядок их приёма в блокнот, потому что запомнить мудреные латинские названия было совершенно невозможно. У медсестры же была огромная таблица, расписанная по каждому пациенту.

В палате нас было трое. Выходить в коридор можно было только в туалет или за кипятком. Но такой особой потребности и не было. Я пытался начать двигаться, но это было очень тяжело. Надо было приучать легкие к самостоятельной работе. Для этого есть простой механизм, который медсестры в шутку называют «бульбулятор». Полулитровая пластиковая бутылочка с трубкой, в которую дуют пациенты. В первую очередь это необходимо для того, чтобы в переболевших легких не возникали фиброузлы.

Фиброз легких — это процесс образования в легких фиброзной (рубцовой) ткани, что приводит к нарушениям дыхательной функции. Легкие человека состоят из нескольких сотен миллионов пузырьков — альвеол. Через их стенки беспрепятственно проходят кислород и углекислый газ, происходит процесс дыхания. Когда возникает какое-либо разрушение альвеол, поврежденные ткани организм заменяет рубцовыми, соединительными. Чем больше область повреждений, тем выше риск развития фиброза, когда соединительная ткань растет необратимо и бесконтрольно, затрудняя дыхание все сильнее из-за того, что она не эластична и не пропускает газы. Сами легкие постепенно увеличиваются в размерах из-за прироста рубцов, а пропускная способность их падает. Соединительная ткань уже не способна стать обыкновенной, и, при отсутствии лечения, приводит к летальному исходу. Это прямое последствие коронавируса, и с этим надо бороться с самого начала.

КАК ЛЕЧАТ ОТ КОРОНАВИРУСА

Если говорить упрощенно, коронавирус работает так. Он зацепляется за ваш организм и организует вам пневмонию. Когда организм ослабевает из-за жесткой борьбы с пневмонией, вирус начинает цепляться за все ваши слабости – так называемые хронические заболевания и окончательно разрушает ваш организм, вплоть до летального исхода.

Благодаря своим предыдущим журналистским материалам, я хорошо знал, где оказался. Когда летом 2020 года я брал интервью у главного врача Нерюнгринской центральной районной больницы Алексея Яворского, он очень подробно и абсолютно исчерпывающе рассказал мне, как в Нерюнгринском районе лечится коронавирус.

Основой для работы с ковидными больными является документ под названием «Временные методические рекомендации Минздрава «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19». По мере приобретения опыта в лечении опасного, но до сих пор целиком не изученного, заболевания, рекомендации постоянно дополняются. Сейчас действует уже как минимум восьмая версия этого документа.

В Нерюнгринском районе утвержденный Минздравом Республики Саха (Якутия) коечный фонд для лечения больных COVID-19 составляет 140 коек. Эти койки распределены на три госпиталя. В инфекционном отделении НЦРБ – 32 койки, и в больнице Серебряного Бора – 68. Недавно открыли третий госпиталь на 40 коек – в помещении станции «скорой помощи».

Госпитали в Нерюнгри рассчитаны на прием тяжелых пациентов и пациентов со средней степенью заболевания». В Серебряном Боре получают лечение пациенты с легкой степенью COVID-19 и пациенты в стадии выздоровления.

Все пациенты с коронавирусом в первую очередь поступают в госпиталь, который находится в инфекционном отделении ЦРБ. У больных берут все анализы, они проходят компьютерную томографию. На основании лабораторно-диагностических данных, учитывая возраст пациента, сопутствующие заболевания, отнесение к группам риска, врач-инфекционист принимает решение, в какое отделение направить пациента, либо назначить амбулаторный режим. Здесь же определяется дальнейшая тактика лечения.

По мере выздоровления пациентов, нас переводили из первого отделения в Нерюнгри во второе отделение – в Серебряный Бор. После выписки из больницы идет третий этап восстановления пациента – амбулаторное лечение на дому под наблюдением участковых врачей. Он может занять даже больше времени, чем в больнице. По крайней мере, у меня так и было.

В октябре 2020 года заместитель главного врача по амбулаторно-поликлинической помощи Оксана Жукова в другом интервью рассказывала мне, что лечение новой коронавирусной инфекции проводится строго по утвержденному протоколу, в котором четко прописаны симптомы, последовательность лечения, дозировка лекарств, и так далее. Никакой «отсебятины» здесь быть не может. Временные методические рекомендации Минздрава постоянно дополняются. Поэтому каждый больной проходит стандартное лечение. Обычно на 10-12-й день, в зависимости от состояния здоровья, берутся мазки. Пациент выписывается после двух отрицательных мазков. Если есть осложнения в виде пневмонии, то лечащий врач дает направление на спирально-компьютерную томографию. СКТ проводится на больничном комплексе, лечение назначается стандартное. Тем же документом четко прописана дозировка лекарств. Со мной было всё в точности именно так.

Группы риска – люди старше 65 лет и имеющие хронические заболевания. Лечение таких пациентов, как правило, особенно трудно и может привести к тяжелым последствиям вследствие общего состояния их организма.

Непосредственно с «ковидными» больными работают 49 человек. Это врачи, медсестры и санитарки инфекционных госпиталей, фельдшеры и водители двух бригад специализированной скорой помощи. В «красной зоне» находятся сотрудники инфекционного отделения. Все они живут в полной самоизоляции – в санатории-профилактории «Горизонт», в отрыве от семей и близких. Поначалу таких врачей не хватало, но когда решением президента РФ за их, без преувеличения, героический труд были созданы определенные материальные стимулы, многие врачи прошли профессиональную переподготовку и также пошли в «красную зону». Для этой работы переквалифицировались многие терапевты, хирурги, анестезиологи, и теперь они наравне с инфекционистами противостоят COVID-19. Сейчас есть возможность не держать медицинских работников в «красной зоне» месяцами, как бывало прежде. Врачи и медсестры работают «вахтами» – как правило, месяц работают, затем две недели «карантина» в домашних условиях. В эту же категорию входят врачи, которые лечат «ковидных» пациентов амбулаторно, – на заключительной стадии излечения.

К работе в «красной зоне» предъявляются чрезвычайно жесткие требования, исключающие риски заражения медицинских работников. Здесь соблюдают все меры безопасности, и работники максимально защищены, в том числе за счет постоянного использования самых современных средств индивидуальной защиты.

ЦЕЛУЮ ВАШИ РУКИ!

Не угольщик, не строитель и не педагог. Профессия 2020 года – врач, медицинская сестра и санитарка. Я думаю, что и 2021-го, и 2022-го тоже.

Меня даже не возмущают те люди, которые в социальных сетях пытаются сказать гадости о врачах и медсестрах, выходящих на работу в «красную зону». Меня они удивляют. Они точно уверены, что жареный петух в виде COVID-19 еще не пристроился к месту пониже их спины?

Ой, как бы не зарекались…

Прекрасно знаю, что сегодня многие озлоблены и обижены на медицину и на врачей за потери своих близких вследствие коронавируса, за «неправильную», на их взгляд, госпитализацию, нехватку мест в госпиталях, дефицит лекарств и так далее.

Глубоко и искренне соболезную всем, у кого умерли близкие! Это очень страшно!

Но я знаю: врачи, медсестры, санитарки, каждый день выходящие в «красную зону», - это настоящие герои нашего времени. Сегодня им еще труднее, чем всем. Не делайте из них «стрелочников», не обвиняйте в том, в чем они не виноваты.

Настоящие «враги народа», которые «помогают» умирать нашим близким, сидят намного выше. Возмутительным стало недавнее решение федеральных властей сократить бюджетные расходы на медицину в 2021 году на 13 млрд рублей. Совершенно не понимаю логику таких решений в эпоху коронавируса! Уверен, что вполне конкретные лица должны ответить и за то, что именно в разгар пандемии коронавируса затеяли нелепую маркировку препаратов, тем самым породив искусственный дефицит лекарств в критическое время.

Уж точно это не вина простых врачей или медсестер из Нерюнгринского или любого другого региона, которые в сложившихся условиях делают всё, что в их силах, и даже больше. Их труд я видел собственными глазами, и теперь никто меня не убедит в обратном.

Для злых языков, намекавших на «особое отношение» ко мне как «селебрити», могу сказать, что, несмотря на мою относительную известность, в том числе в кругу медицинских работников, никакими привилегиями я не пользовался. Коронавирус не выбирает, известный ты человек или неизвестный – ему как-то всё равно.

Госпитализировали меня, напомню, на одиннадцатый день болезни с COVID-19, с диагнозом «пневмония КТ-2» и 50-процентным поражением легких. Стоял вопрос жизни или смерти, и вариантов, кроме немедленной госпитализации, с таким диагнозом не было.

Лежал я в обычных палатах, без света в ванной, с такой же отлетающей штукатуркой и сломанными розетками. В Серебряном Бору тоже была обычная палата на троих человек – кстати, прекрасные соседи, замечательные ребята, спасибо им за поддержку и заботу. И протокол лечения для меня был стандартным. Врачи, как люди образованные и интеллигентные, конечно, статьи мои читали. Ну, и что из этого? А медсестрам из красной зоны сейчас и читать некогда. Каждый раз, приходя делать укол, они спрашивали мою фамилию и в очередной раз её записывали.

А то, что меня спасли фактически от смерти – это да. Это чудо. И сделали это вполне конкретные люди, перед профессионализмом и мужеством которых я преклоняюсь.

Моим лечащим врачом в «тяжелом» инфекционном отделении была Татьяна Александровна Юркова. Решить мои организационные проблемы (например, оформить и отправить справку турагенту по Египту) в первом госпитале очень помог мой хороший друг и отличный доктор Семен Николаевич Макаров. В больнице Серебряного Бора меня приняла в свои профессиональные руки замечательный врач и прекрасной души человек Ольга Викторовна Горюнова. Со мной работали десятки медсестер, имен которых я не знаю. Это те самые ангелы, которые за шкирку вытащили меня из ада. Я этого никогда не забуду, даже если очень захочу. Такое не забывается.

Всех этих людей я благодарю за спасенную жизнь, за профессионализм и добрые сердца.

Поблагодарите их и вы! Даже заранее – не помешает. Никто не может исключить, что этим людям ещё предстоит спасать и вас, и ваших близких. Болезнь коварная и неожиданная. Сегодня ни от чего нельзя зарекаться, даже если вы соблюдаете все правила.

ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ

Перемена географического положения, обстановки, отсутствие кислородного аппарата в первое время усложнили моё состояние. Первые дни в Серебряном Боре - 16 и 17 ноября - мне было достаточно тяжело. Весь день я лежал на животе, в состоянии полудремы. Иногда удавалось заснуть, и это были самые блаженные часы.

В первый день вечером поднялась температура до 37,3. Я не на шутку встревожился, но лечащий врач объяснила, что на этой стадии возможны подобные скачки, и это нормально. Организм борется, приспосабливается к новым условиям, и реакция бывает порой неожиданной. В итоге так и произошло. Уже утром температура нормализовалась, и больше уже не поднималась.

В ночь на среду, 18 ноября, я спал хорошо. Мне приснился первый за время болезни нормальный (не бредовый) сон. Я понял, что самое страшное позади, и я начинаю выздоравливать.

Заметно поднял мой дух день 20 ноября. Это мой день рождения, и впервые в жизни я провел его в больнице. С самого утра начались звонки от родных, близких, друзей, коллег. В больнице любое внимание и моральная поддержка воспринимаются очень остро. Я понял, что не один, что очень многим людям ещё нужен, и это очень сильно поднимало дух. Не только лекарства, но и хорошее настроение, позитивные эмоции очень помогают выздоровлению.

Поэтому и выходные дни, 21 и 22 ноября, прошли достаточно спокойно и приятно. Я буквально физически чувствовал, как организм начинает побеждать, что с каждым днем мне становится лучше.

Как позитивный сигнал я воспринял постепенное – день за днём - сокращение медицинских процедур. Сначала прекратили делать укол антибиотиков в вену, затем - в ягодицы. Только укол гепарина в живот делали до самого последнего дня, даже в день выписки. С каждым днем меньше становилось таблеток, которые по утрам выдавала медсестра.

В понедельник, 23 ноября, после обеда семерых человек, в том числе меня, повезли в город, на СКТ. Это тоже был хороший знак. Томография должна была подтвердить отступление болезни. В знакомом с 9 ноября коридоре было заметно больше людей, чем прежде, и я понял, что за две недели, которые я пролежал в больнице, ситуация с COVID-19 еще более усложнилось.

Ещё я заметил, как меняет людей больница. На фоне нормальных, «домашних» людей, сидевших в коридоре, мы – семеро из Серебряного Бора - выглядели как зомби. Бледные, похудевшие, неуверенно двигавшиеся, плохо причесанные, и в синяках на руках от многочисленных уколов.

Вторник, 24 ноября, начался с хорошей новости. В 6 часов утра пришла медсестра и взяла из носа мазок на коронавирус. Я понял, что коронавируса у меня больше нет. СКТ тоже показал ожидаемый результат. Утром с хорошей новостью пришла лечащий врач: «Будем вас выписывать». Дала подробные рекомендации: лежать на животе, дуть в трубочку с водой, делать дыхательную гимнастику, осторожные прогулки, остерегаться переохлаждения, по возможности для дыхания плавать в бассейне. Можно надувать воздушные шарики, петь песни, играть на трубе или саксофоне. Из лекарств – милдронат, курс на 60 дней. Это тот самый мельдоний – допинг, из-за которого дисквалифицировали многих наших спортсменов. Теперь на Олимпиаду не пустят и меня (шучу).

Напоследок меня еще раз покормили обедом, и около 14 часов попросили на выход с вещами. Конечно, никакой «скорой помощи» уже не было. Я вызвал такси и за 300 рублей доехал из Серебряного Бора до дома.

Это был один из самых счастливых моментов в моей жизни. Я жив. Я вернулся.

А моё место в больнице освободилось для новых пациентов. Дай им Бог счастливого выздоровления!

НА АМБУЛАТОРНОМ

Выход из пневмонии оказался не таким простым, как я надеялся. По словам лечащего терапевта, чтобы целиком устранить последствия «ковидной» пневмонии, необходимо полгода.

Через неделю после выписки из больницы меня отправили на рентген. Едва сделав первый снимок и посмотрев на него, рентгенолог сказала: «А, так у вас был COVID?» И тут же сделала второй – снимок правого легкого. Картинка, прямо скажем, была не очень.

Хрипы в легких за две следующие недели, хотя уменьшились, но никуда не пропали, пневмония не рассосалась. Работа с последствиями коронавируса, чтобы не было никаких осложнений, оказалась не менее кропотливой и трудоемкой, чем непосредственно лечение в больнице. Всё то же самое, что в больнице: очень медленно, шажочек за шажочком, и главное здесь - терпение и еще раз терпение. Тщательно выполняйте все рекомендации врача и слушайте свой организм. И верьте в победу!

После коронавирусной пневмонии у вас две главные цели: восстановление иммунитета и разработка легких. Обратите внимание на питание. В рационе должно быть достаточно продуктов белкового происхождения — постная свинина, говядина, индюшатина. В меню должны присутствовать цельнозерновые каши, салаты из овощей, фрукты, а также кисломолочные продукты — творог, кефир, йогурт (с низкой жирностью). До полного выздоровления стоит отказаться от жирной, жареной, копченой еды и маринадов.

После коронавируса полезно пить морсы из свежих или замороженных ягод (клюквы, брусники, черной смородины), компоты из сухофруктов. Пользу принесут свежевыжатые соки из фруктов и овощей. Должен обязательно быть витамин D. Летом это солнце, а зимой – в продуктах.

Массу дыхательных гимнастик после коронавируса нетрудно найти в интернете. Выберите ту, которая вам подходит. Дыхательная гимнастика приводит в тонус и укрепляет дыхательную мускулатуру, увеличивает эластичность легких и подвижность грудной клетки.

Рекомендуется совершать прогулки на свежем воздухе. Зимой в Нерюнгри это делать не просто, но очень аккуратно надо постараться. К тому же у нас есть лес, а там всегда чистый воздух.

Лучший реабилитатор – это, конечно, любящая семья. В самые трудные часы болезни, когда чаша жизни колебалась на весах – быть или не быть, я буквально физически ощущал мощную поддержку самых близких людей. Словно обеими руками они удерживали меня в этой жизни. Супруга, дочь, сыновья, невестка и даже две моих крохотные внучки, уже в первые, самые страшные для меня дни записавшие видеоролик «Дедушка, выздоравливай!» делали всё, чтобы я почувствовал – как я им нужен. Зная о такой поддержке, я не имел права умереть.

От всего сердца благодарю врачей и всех медицинских работников, принимавших участие в моей судьбе. Такое не забывается. Никогда.

Благодарю большую часть коллег и немногих оставшихся со мной друзей за моральную поддержку.

Это был неожиданный и очень жесткий, но очень полезный и крайне необходимый урок. Я осознал в эти страшные дни: любовь побеждает смерть. Поэтому хочу завершить строками из бессмертного стихотворения Константина Симонова, адресуя их самому лучшему человеку на свете, благодаря которому продолжаю жить, – моей супруге Наталье Рудаковой.

Жди меня, и я вернусь,

Всем смертям назло!

Кто не ждал меня, тот пусть

Скажет: «Повезло!»

Как я выжил, будем знать

Только мы с тобой, -

Просто ты умела ждать,

Как никто другой.

Олег СОЛОДУХИН.

Ноябрь – декабрь 2020 года.

Справка:

Солодухин Олег Васильевич родился 20 ноября 1963 года в Ленинграде.

В 1985 году окончил Ленинградский институт советской торговли им. Ф.Энгельса (ныне – Санкт-Петербургский торгово-экономический институт) по специальности «Технология и организация общественного питания». В 2001 году окончил Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова по специальности «Журналистика».

В 1985-1989 гг. – инженер-технолог столовой номер 21, Воронеж.

В 1989-1992 гг. – инженер-технолог ТОКП «Индигирторг», п.Усть-Нера Республики Саха (Якутия).

В 1992-1996 гг – старший корреспондент, заведующий отделом, заместитель главного редактора газеты «Северная заря», поселок Усть-Нера Республики Саха (Якутия).

В 1996-2001 гг. - главный редактор районной газеты «Северная заря».

В 2001-2012 гг. – ответственный секретарь газеты «Индустрия Севера», г.Нерюнгри.

С 1 февраля 2012 г. – заместитель главного редактора Первого республиканского информационно-аналитического портала SakhaNews.

Лауреат премии Союза журналистов Республики Саха (Якутия) в номинации «За верность теме» (2006). Лауреат премии Союза журналистов Республики Саха (Якутия) «Золотое перо» (2007). Лауреат Золотого Знака «Лидер перемен» за вклад в развитие малого бизнеса и предпринимательства в Республике Саха (Якутия) (2012).


Ссылки по теме:

Поделиться в соцсетях

Если вы стали очевидцем интересного события или происшествия, присылайте фото и видео на Whatsapp 8 909 694 82 83
28.12.2020 01:22 (UTC+9)
Комментарии: 11
Интересные моменты . 28.12.2020 05:55

«... меня шатало от стенки к стенке широкого коридора. Идти помогала сопровождавшая медсестра....» - скоро выписывать из больнички будут на носилках?

«.. я записывал порядок их приёма в блокнот, ...» - телефоны что ли отбирают ?


Нескромный вопрос 28.12.2020 09:24
А что же с легкими теперь? В какой степени они восстановились?

вопросу 28.12.2020 09:34
Медицинский журнал Lancet писал, что среднее время, которое нужно для выздоровления - 6-8 недель со дня, когда появились симптомы. Что касается легких- у каждого человека индивидуально. Это зависит от физиологических особенностей организма, его состояния на момент заражения вирусом. В большинстве случаев ничего не остаётся.

Наши люди 28.12.2020 11:35
Особенно здоровые думают что они бессмертны.Потому везде и всюду без маски мероприятия корпоратив уже и фотки новогод.полно.Они и есть носители всех зараз.Попробуй сказать ты что они же умные у нас.Еще на каникулы поедут за гусеницами.Распростронители.

Ну и хорошо 28.12.2020 11:36
что ничего не остается. А то пугают фиброзом и рубцеванием лёгочной ткани.

Виноватые 28.12.2020 11:40
Медкартели.Получают ковидные деньги распределяют по своему.И то когда по Ватсапу SOS поступает от людей.Вот такие отношения.Но и люди сами не соблюдают карантины.Штрафы ограничения не работают.Уборки тем более дезинфекции в домах нет.

Автору 28.12.2020 08:30

Вы молодец, Все так подробно и точно описали. У каждого свой личный опыт, но и общего тоже много. Выздоравливайте!


Интересно 28.12.2020 11:40

конкурирует ли вирус Ковида с вирусом герпеса? Была информация, что вирус герпеса "не пускает" Ковид в организм.


123 28.12.2020 18:03
Насчет герпеса не знаю, а вот заядлых курильщиков корона боится. Кто курит, ковид не берет. Так что выбирайте - либо рак легких от курева, либо ковидная пневмония - тем, кто не курит. Третьего не дано. :)

Ну зря вы так! 28.12.2020 21:06
"Третьего не дано"... Многие - безсимптомно ковид перенесли. Не факт, что они все курильщики. Двое из моих знакомых нюх теряли + температура и ломота в суставах. Но легкие не задело. И они уж точно не курильщики.


Мирра 28.12.2020 19:28

Про учителей зря сказал, они тоже герои постоянно выходя к детям и обучая их очно.

Никто о них не позаботился , так и работают за зарплату уборщицы.

За подробности спасибо.Здоровья Вам!


ЛЕНТА НОВОСТЕЙ