СМИ: в Туркмении запретили носить маски и произносить слово «коронавирус»
Сроки вступительных экзаменов в вузы перенесут
Скончался прославленный советский драматург и писатель
Опрос: более 60 процентов россиян не имеют никаких сбережений
Россия подходит к пику заболеваемости коронавирусом

ИА SakhaNews. Сегодня мы завершаем рассказ о дневниках писателя Роальда Недосекина, которые волей судьбы и, благодаря усилиям создателя первого частного музея в Нерюнгри Александра Кошукова, оказались в Нерюнгри, где отныне будут храниться вечно.

Первая часть - «Солдат Победы, или Как военные дневники писателя попали в Нерюнгри» - была опубликована ИА SakhaNews 8 мая 2017 года. Будущий писатель, а пока еще 17-20 летний паренек, вел свои дневники в 1942-1945 годах, когда воевал на фронтах Великой Отечественной войны. Первый дневник начинается 17 ноября 1942 года, последняя приведенная запись из этого дневника датирована 19 мая 1945 года.

Второй материал под названием "Сохранено для потомков: дневники писателя хранятся в Нерюнгри" был опубликован ИА SakhaNews 3 июня. Во втором дневнике, написанном в трофейной немецкой тетради, Роальд Недосекин описал события 1945 года, которые происходили с ним в Монголии и Китае, ставшие основой его будущего романа «Большой Хинган».

После окончания войны Роальд не демобилизовался домой, а продолжал службу на Дальнем Востоке. Третий дневник, который в Нерюнгри также привез Александр Кошуков, прямо указывает место его службы: военная часть 12901, город Бикин, Хабаровский край.

НАЧАЛО ЛИТЕРАТУРЫ

Служба службой, но в 24-летнем мужчине, который прослужил шесть лет, уже родился и растет будущий писатель. В дневнике Роальд Недосекин рассказывает, как в апреле 1949 года обратился к главнокомандующему Дальневосточных войск маршалу Малиновскому с просьбой предоставить ему «трехмесячный отпуск для работы над повестью о мирных буднях Советской армии».

«К искреннему моему удивлению, маршал таковой отпуск предоставил, и с 20-го мая по 20 августа я был освобожден от служебных обязанностей без права выезда на родину. Последнее меня не огорчило, ибо с поездкой я ничего не успел бы сделать», - записал Роальд Недосекин 27 сентября 1949 года.

Повесть написана, хотя и с трудом (пришлось попробовать несколько вариантов). Малиновский доволен, но сам Недосекин понимает: чтобы действительно стать настоящим писателем, ему необходимо образование. До этого он только воевал, было не до учебы. «Учиться надо. Сейчас я особенно чувствую пробелы в образовании. Надо бы и за русский язык засесть основательно. Все надежды на демобилизацию, а её нет, и когда будет – неизвестно», - записывает Недосекин в дневник 27 сентября 1949 года.

С 12 по 17 ноября 1949 года в Хабаровске проходит первая конференция писателей Дальнего Востока. Здесь Роальд Недосекин впервые видит воочию «живых классиков» советской литературы и описывает их в своём дневнике: «В президиуме рядом в первом ряду сидят Твардовский и Луконин, между ними Малиновский, первый секретарь крайкома, Ажаев, Марков и другие. Самая видная фигура – маршала. Этакий лев – темно-зеленый мундир на внушительной весьма полной фигуре, со звездой Героя и депутатским значком, широким маститым лицом – черные дуги бровей, серые глаза в тяжелых складках век с обильной проседью шевелюра, зачесанная назад, над сравнительно узким лбом. Но взгляды всех устремлены в первую очередь на Твардовского. Он в светло-сером просторном костюме, выше среднего роста, внушительная фигура – в меру полная – с полным круглым, умным и очень интеллигентным лицом, с пышной прядкой набок – не уступает по внешнему эффекту маршалу. Глаза у него светлые, серые, нос чуть короткий, но не курносый, мелкие бледные веснушки».

Знакомство с большими писателями, подробное профессиональное обсуждение его повести… «Конференция дала большую зарядку», отмечает Недосекин.

8 декабря: «Сегодня запечатал в конверт, но еще не отправил рукопись рассказа «В одном строю», доработанную в последние дни. Радуюсь: я – расту, сам это чувствую и чувствую не столько по тому, как крепнет фраза и построение вещи, над которой работаешь. А по времени, затрачиваемому на неё и по количеству добавлений, изменений и просмотров. Писать стало труднее – чувствуется неудовлетворенность написанным, а, стало быть, возрастает требовательность к себе - самое необходимое условие дальнейшего роста».

НЕРАЗДЕЛЕННАЯ ЛЮБОВЬ

Роальду 24 года. Война позади, и нерастраченная мужская любовь дает о себе знать. 6 ноября 1949 года он пишет: «Завтра отмечаем праздник у Ларисы. Я все больше и больше увлекаюсь ею. Мне кажется, что встретить другую, ей подобную девушку, невозможно. Очень и очень умна. И интересна. Женился бы на ней, если бы она дала согласие. Но как жениться до демобилизации?»

Похоже, он окончательно влюбился. В ночь с 8 на 9 ноября Роальд записывает: «Вчера встречали и провожали праздник у Ларочки. Прошло хорошо, шумно и весело. Я пробыл у Ларисы до утра. Сделал ей предложение. Она ответила согласием, с условием, что соединимся не раньше, как после моей демобилизации. Всё больше и больше чувствую, как я люблю её. И, кажется, обмануться в своем чувстве я не могу».

Но через 1,5 месяца между влюбленными что-то происходит. «25 декабря. Воскресенье, вечер, а я никуда не пошел. Сижу и все думаю и думаю о Ларисе. Вчера Иван Михайлович отнес ей моё письмо. Удар страшный для неё, да и для меня. Но нельзя было ничего сделать – взгляды наши на любовь, на семью различны. У неё много идеализма, горечи, неверия… Долго буду помнить её, долго буду мучиться сознанием, что в какой-то степени усилил её неверие в людей и любовь – большую, свободную, всепоглощающую… Трудно, тяжело, тоскливо, тоскливо…»

21 января 1950 года: «С Ларочкой опять близки. Как хорошо!»

2 февраля: «У Ларисы случайно увидел её тетрадки, дневниковые записи. После долгих просьб, она дала прочитать мне одну запись, в самом начале тетрадки, историю нашего знакомства. Милая Ларочка! Если бы знала она, как в ту минуту было тяжело у меня на душе от сознания того, что я виноват перед ней, что я доставил ей много ненужных и горьких волнений. И тут же подумал: если бы писатели имели доступ к дневникам людей, особенно женщин, ибо они полнее и чаще выражают свои чувства, сколько бы богатейшего материала для создания психологических образов было собрано!»

Так писатель в Роальде Недосекине побеждает любящего мужчину. И нам становится ясно: писатель из него получится! А история с любимой женщиной обречена на провал, но в этом нет трагедии.

7 марта – окончательный разрыв с любимой. «Вчера с Ив. Мих. были у Ларисы. С Ларисой пришлось расстаться. Вина тут и моя, и её. Она, очевидно, поняла, что будет в какой-то мере обузой для меня и наотрез отказалась ехать со мной. Я люблю тебя, Ларочка, и долго с любовью и благодарностью за светлые радости буду вспоминать тебя».

Настоящую разгадку странного поведения любимой Роальд получит всего лишь через 1,5 месяца, когда уедет с Дальнего Востока домой, в Березайку. «29 апреля. Вчера получил письмо от Кима. Сообщает сенсационные новости: И.М. остался неожиданно на сверхсрочную службу и вскоре после моего отъезда женился на Ларисе. Я, признаться, ожидал этого и понимаю мотивы, побудившие Л. выйти замуж. Но что между ними может быть общего, как они будут жить – не знаю».

Впрочем, тут же «неудачливый любовник» (зато хороший писатель!) иронизирует над собой: «Смешно получается: все мои знакомые девушки, с которыми я был близко дружен, всегда впоследствии выходят замуж за моих друзей. А мне нельзя жениться еще год-два, пока не найду своей дороги в жизни».

ВСЁ У НАС ПОЛУЧИТСЯ!

Да, не любовь уже главное в жизни нашего героя. Еще 19 февраля 1950 года он сообщает в дневнике: «Последние дни богаты событиями. И самое большое и важное из них – приказ о демобилизации сержантов 1925 г.р. и рядовых 1926 г.р. Демобилизацию провести в период с 1 марта по 1 мая. Но к 20 марта демобилизуемые из нашей армии должны уже уехать. Итак, приоткрывается новая жизнь!».

И вот она, настоящая радость: «Демобилизовался 28 марта, после долгих хлопот вечером получил документы, попрощался с друзьями, которые проводили меня на вокзал, зашел на несколько минут к Л., и ночью уехал в Хабаровск. Курьерским, в хороших условиях, добрался до Москвы. Бродил по московским улицам, сердце ликовало, пело: смотри, вот она, жизнь. видишь? Домой приехал 8-го апреля утром. Разговоров масса. Всё как-то новое, почти незнакомое. Березайка излишне тиха, маленькая, старенькая. Отец и мать настаивают, чтобы я учился в этом году».

Летом Роальд приезжает в Москву и поступает в Литературный институт. «Провел в Москве с 10 по 17 августа. Испытания в Литинстиут сдал со следующими оценками: четыре предмета – отлично, один хорошо. И один (немецкий язык) – посредственно. 16-го были приемная и мандатная комиссии. Принят. Общежитие дали в дачах литфонда в поселке писателей близ станции Переделкино. Здесь летом живут все крупные литераторы. Рядом с нашей дачей (бывшая Тренева) – дачи Погодина, Фадеева и других.

Начинается совсем другая жизнь. Это не Монголия, не Китай, не Бикин, это – Москва. Почти каждый день - встречи с известными писателями, о которых подробно рассказывает начинающий литератор. Александр Фадеев, Михаил Пришвин, Александр Чаковский, Ираклий Андронников, Корней Чуковский, Сергей Смирнов, Илья Эренбург…. Для Роальда это уже не «люди с обложки», а хорошие знакомые, учителя, собеседники.

Хорошие новости приходят из Хабаровска - там издают пьесу Роальда Недосекина «Беспокойные люди», ставят её в местном театре. Успешно сдает первую сессию (логика -5, фольклор – 5, языковедение – 4). На каникулах пишет рассказ «На берегу Корицы». Публикаций все больше, писатель растет и крепнет, находят себя.

Впереди – большие планы. Запись 26 декабря 1950 года: «В будущем году я должен сделать больше. Напечатать не менее пяти рассказов в журналах. Может быть, будет иметь смысл даже приняться за маленькую повестушку. Сейчас повесть напечатать, пожалуй, легче, чем рассказ – вот как разбух тот жанр».

На этом третья тетрадь заканчивается. Бывший студент Ленинградского морского техникума, чью безмятежную юность прервала война, призванный на фронт – сначала артиллеристом, потом связистом, прошедший с боями Великой Отечественной войны от родного Бологого до Германии, служивший на Западном, 3-м Белорусском, 1-м Прибалтийском и Забайкальском фронтах в качестве начальника радиостанций, после Великой Победы переброшенный на восток, где также прошел фронтовыми дорогами Монголию и Китай до самого порта Дальнего, после войны Роальд Константинович Недосекин нашел себя в писательском мастерстве.

Впереди у Роальда Недосекина – большая и длинная жизнь. В 1955 году он окончит Литературный институт. Напишет повести и рассказы "Молодые годы", "С аттестатом зрелости", "Они стали рабочими", "Нам девятнадцать", роман «Большой Хинган». Всё это еще впереди.

В эти военные и послевоенные дневники, которые теперь всегда будут храниться в Нерюнгри, еще не раз заглянем мы и наши потомки, ощутив, как за страницами биографии одного, пусть и необычного, человека, встает история целой страны, нашей большой Родины.

Дневники писателя не изданы, поэтому их мало кто читал. Но благодаря тому, что эти три тетради в первозданном рукописном виде хранятся рядом с нами, в нерюнгринском музее Александра Кошукова, мы смогли счастливо прикоснуться к этим удивительным историческим документам.

Без поиска и изучения нашего великого прошлого не может быть ни настоящего, ни будущего.

Олег СОЛОДУХИН.

г. Нерюнгри

На архивных фото: Литературный институт и его студенты.


Ссылки по теме:

Поделиться в соцсетях

Если вы стали очевидцем интересного события или происшествия, присылайте фото и видео на Whatsapp 8 909 694 82 83
01.07.2017 08:08 (UTC+9)

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ