Россия ответила на курьезные претензии Украины. Видео
Премьеру Израиля предъявят обвинения в коррупции и мошенничестве
Дефицит бюджета Якутска на 2020 год превысит 400 млн рублей
В арктических районах Якутии будут строить многоквартирные дома
АК "Якутия" выделила резервный борт из-за поломки самолета

Бывают ли монахи… в театре? Да. Бывают ли монахи в театре в ПОСТ? Представьте себе – да! Как такое возможно в принципе – объяснил на встрече с создателями спектакля «Созвездие Марии» и актерами, играющими в постановке, которая уже год с успехом идет в Якутске на сцене Русского драматического театра, епископ Якутский и Ленский Роман, собравший гостей 2 декабря в епархиальном управлении.

Духовная радость

Правящий архиерей честно признался, что, отправляясь на спектакль, испытывал некоторый моральный диссонанс, ведь это был второй день Рождественского поста. Вообще-то в это время даже у мирян не принято ходить в театр, поскольку благодаря современным тенденциям он становится все более развлекательным.

«И я испытывал некоторое смущение, не зная, как совместить это с моими христианскими убеждениями, – поделился своими чувствами владыка Роман. – А когда посмотрел «Созвездие Марии», понял, что смущался зря – настолько высокая нравственная, духовная жизнь представлена в спектакле. Вся сюжетная линия такая возвышающая и преображающая, что постановку вполне можно смотреть и в пост, ни капли при этом не согрешая и не уводя ни мысль, ни душу свою в какие-то развлечения. И я искренне порадовался за наш театр».

Американские мелодии русской души

Вечер начался лирично, под музыку – нет, не Вивальди, а пианиста и композитора Виктора Климина, сочинившего для «Созвездия Марии» потрясающе талантливые вещи, пронзительные и глубокие. К слову, музыка эта, которая даже не дополняет, а на равных играет с актерами в спектакле, – практически ровесница некоторых выходящих на сцену: многое из звучащего сегодня написано еще в прошлом веке – для радиоспектакля по пьесе Владимира Федорова с одноименным названием.

А еще раньше была… поэма. Вот как об этом рассказал на вечере автор – драматург, поэт, журналист Владимир Федоров:

– Я написал ее, узнав о трагической, красивой, щемящей любви Марии Прончищевой к своему мужу. Поэму напечатали в газете «Молодежь Якутии», где я в то время и работал. Номер попал к главному режиссеру Русского театра Келле-Пелле. И вот в один прекрасный день от него раздался звонок. Валерий Яковлевич предложил мне зайти в театр. Он сказал: «Поэму ты написал, это хорошо, а попробуй-ка теперь пьесу! А я попробую поставить». Я, конечно, очень плохо представлял, как пьесы вообще пишутся, и когда принес первый вариант, Валерий Яковлевич спросил: «А ты у нас в Русском театре бывал?» – «Конечно, регулярно бываю». – «А ты не считал, сколько у нас мужиков на сцене бывает? А у тебя количество действующих лиц в два раза больше! Как же мы твою пьесу играть будем?!»

Потом с этой пьесой я попал на Всесоюзное совещание молодых драматургов в Юрмалу, где были признанные мастера, а руководил всеми известный российский драматург Арбузов. И когда они прочитали эту пьесу, сказали, что автор, безусловно, не без способностей, но совершенно ничего не понимает в драматургии.

Тем не менее, по инициативе Юрия Козловского, который служил тогда артистом Русского театра, сделали радиоспектакль, где он играл Челюскина. (А Эдвардас Купшис, кстати, и тогда был Берингом!).

И вот эта пьеса неожиданно для нас на первом и последнем Всесоюзном конкурсе радиоспектаклей (потому что Советский Союз развалился) заняла второе место. Подозреваю, из-за чисто технических слабостей: в нашей радиостудии имелось всего три микрофона, и 6-7 актеров бегали от одного к другому. Но все равно спектакль три раза по Всесоюзному радио прокрутили на всю страну.

Так все начиналось. Но потом Русский театр сгорел. А в другом, маленьком, зданьице, где он временно находился, просто невозможно было поставить спектакль, как надо – с кораблями, с парусами… А главное – внезапно умер Валерий Яковлевич… Прошло больше двадцати лет, прежде чем Русский театр взялся за пьесу. А сначала вместе с Андреем Борисовым там были поставлены мои пьесы «Одиссея инока Якутского» и «Апостол государев».

Климин к этому времени из Якутска уехал, и не куда-нибудь, а в Америку, но мы продолжили работу. Он садился к роялю, играл по скайпу музыку, я писал тексты, отправлял ему… Так рождалось нынешнее «Созвездие»…

Лития через 250 лет

Когда Владимир Федоров писал первый вариант пьесы, в те времена еще шел спор – существовала ли вообще Мария Прончищева, то есть «был ли мальчик?» (В нашем случае – девочка). «Ее имя-фамилия нигде не упоминалась, в журнале дюбель-шлюпа «Якутск» есть только запись: «Жена капитана», и все. А некоторые местные историки, краеведы даже высказывали предположения – а может, она была из аборигенов, и Прончищев женился на ней здесь? Может, она и не поехала из Кронштадта, где они поженились, в Якутск? Потому что многих документов по экспедиции Беринга еще не было открыто. Поэтому и спектакль называется «Созвездие Марии», а не Татьяны (в девичестве Кондыревой), об ее настоящем имени узнали только в 1998 г. Историк Богданов случайно обнаружил документ. А до этого она для всех, в том числе и для меня, была Марией», – рассказал Владимир Николаевич.

А в 2002-м году экспедиция известного путешественника Дмитрия Шпаро решила провести раскопки могилы, где они были похоронены – в устье реки Оленек, и… Федоров каким-то чудом попал в вертолет, в котором летели первый президент республики М.Е.Николаев, руководитель администрации президента и тогдашний управляющий епархией – владыка Герман.

«Думаю, это было своего рода компенсацией за то, что я получил от историков – они все говорили, мол, этот Федоров со своими поэтическими фантазиями навыдумывал всякую ерунду, в том числе, что она умерла от большой любви, а на самом деле они умерли от цинги, все прозаично. Такое даже в газетах печаталось.

И вот мы четверо стоим около вскрытой могилы.

Те, кто присутствовал на спектакле, наверное, обратили внимание, какой акцент там делается на туфельках. А все потому, что мы их в могиле увидели, туфельки эти. И вопрос – была ли Мария, сразу «закрылся».

Ученые, которые осмотрели останки, там же, на месте вынесли вердикт, что Мария не болела никакими болезнями и умерла она от стресса, от того, что ее любимого не стало. В итоге самая глупая поэтическая версия оказалась истинной. И я почувствовал себя счастливым человеком – насколько это вообще возможно на краю могилы…»

А еще там произошло чудо: «Как часто бывает в Заполярье, шел дождь со снегом, на небе – низкие тучи. Пасмурно, холодно. Но уже спустя 5 минут после того, как владыка положил в могилу кресты, накрыл останки саваном и начал служить литию, небо стало… очищаться. А еще через пять минут в глаза ударило яркое-яркое солнце. По окончании литии я подошел к нему и спросил: «Вы, наверное, заметили, что произошло во время службы?» И он ответил: «Конечно. Но, может, они 250 лет этого и ждали! Дамаскин, конечно, был у них в отряде. Но неизвестно, в каком состоянии находился тогда священник, когда они умерли, и смог ли он их отпеть».

И весь этот день потом стояла прекрасная солнечная погода...»

Одухотворенный театр

И снова – о туфельке Марии. Просто удивительно, насколько порой неисповедимы пути Господни, поворачивающие нас в нужном направлении! Ведь не поручи в свое время Савва Егорович Борисов своему сыну передать в Московский институт археологии письмо, неизвестно еще, как бы все сложилось, а так…

Андрей Борисов, министр культуры и духовного развития РС(Я) и режиссер спектакля:

– Когда я пришел в институт, навстречу мне вышел седой, 80-летний археолог, который, увидев, меня, воскликнул: «О! Ты на своего дядю похож!» (тот учился вместе с ним). А отец как раз письмо ему отправил – просил, чтобы он воспоминания написал о моем дяде, первом якутском археологе, который трагически погиб – в реке утонул.

И вдруг он ни с того ни с сего произносит: «Минуточку, молодой человек!» И… достает эту туфельку. Изящную такую, французскую… Хотя он и знать не знал, что я этой темой интересуюсь, просто увидел, что я из Якутии и, может, хотел так поразить. Но в этот момент что-то меня пронзило, озарило. И еще он сказал, что на Марии был нательный крест – мужской… (помните, в спектакле Мария и Василий – перед тем, как ему с корабля уйти – обмениваются своими крестиками? – авт.).

Андрей Саввич сердечно поблагодарил Преосвященного владыку Романа за его высокую оценку «Созвездия Марии», выразив при этом радость и… удивление: «Потому что я знаю, что церковь в былые времена иначе к театру относилась. А Вы в своих словах, по сути, сформулировали главную миссию Русского театра. Когда мы ставили спектакль, я на эту тему много с актерами беседовал. Поэтому и сегодняшняя встреча очень органична.

То, что критики положительные рецензии пишут, зрители аплодируют и т.д. – это хорошо и радостно для творческого человека. Но то, что именно Вы отметили нравственный характер постановки, это высшая похвала. Потому что Русский театр – действительно, одухотворенный театр. И «Созвездие Марии» – не первый спектакль в этом ряду. Достаточно вспомнить хотя бы еще одну нашу совместную с Владимиром Федоровым работу – «Одиссею инока якутского», также ставшую событием далеко не местного масштаба.

Вспоминаю, как Русский театр играл этот спектакль в Благовещенске. И вот в сцене, когда моряки крейсера «Рюрик» приняли решение – затонуть вместе со своим кораблем, но не сдаться в плен, и судовой священник – якутский иеромонах Алексий (Оконешников) в молитве назвал имена этих матросов – настоящие, подлинные, исторические, весь зал… встал. Никто не объявлял минуту молчания или что-то в этом роде, никто не призывал их это сделать. Это был момент истины, когда люди встали по зову сердца. И я видел, как молодые артисты плакали – по-настоящему, не по-актерски. Именно в эту минуту в зале происходило событие, наполненное высоким духовным смыслом.

Еще в одном нашем общем с Владимиром Николаевичем спектакле – «Апостол государев» – мы попытались осмыслить историю церкви. А до этого в театре были поставлены «Три разговора» Владимира Соловьева, русского религиозного философа...

Я убежден, что актер, особенно актер Русского театра, должен быть верующим в Бога. Он просто не может быть не верующим! Поэтому даже если он играет отрицательного персонажа, этот персонаж внутрь не проникает – верующая душа спасает».

Ночная улыбка Марии

Столичные журналисты, первыми увидевшие год назад «Созвездие Марии» на Днях Якутии в Москве, восхищались, насколько многофункционально и многоаспектно на протяжении всего спектакля использовались парадная лестница Гостиного двора, два ее крыла и центральная кафедра. В то время как Борисов с Федоровым и вся труппа просто обомлели, увидев, ГДЕ придется играть!

Андрей Саввич: «Спектакль еще ни разу нигде не показывался, театр был закрыт, мы репетировали в здании музучилища. И когда актеры увидели эту лестницу в Гостином дворе, у них все силы иссякли. Мы даже репетировать не смогли…»

Владимир Николаевич: «Зато потом очень многие говорили: как вы гениально использовали эту лестницу, в которую гардемарины просовывали весла и гребли! А еще был удивительный момент во время спектакля – декорации же тяжелые, неподъемные, и вот когда одну льдину потянули, веревка вдруг порвалась, и она остановилась. Но тут же зрители, которые сидели на первом ряду, подхватили эту льдину и откатили ее, куда положено. То есть люди включились в общее действо. Или то, что не работали микрофоны, и вообще их было мало, – зато зрители очень внимательно слушали каждое слово. В общем, в итоге получилось, что все трудности и недостатки оборачивались достоинствами и воспринимались зрителями как особенности спектакля».

… А после триумфальной премьеры автор увидел ту, которую воспевал полжизни назад – и в поэтических строчках, и в прозе: «Я спал, вдруг слышу среди ночи звонок в дверь. Еще удивился во сне – как человек попал на лестничную площадку, если там все закрыто? Я встал, оделся, вышел и увидел невысокую темноволосую женщину. Думаю, да нет – уверен: это была Мария. Она ничего не говорила, просто стояла, смотрела на меня и улыбалась. Я, конечно, был удивлен, но все же пригласил жестом – мол, проходите в квартиру, что ж на пороге стоять! Однако она отрицательно покачала головой и… исчезла. Поэтому я сейчас даже знаю, как Мария выглядела…»

Поющие сердца

… Несмотря на то, что в Бруклине, самом большом районе Нью-Йорка, где сейчас проживает Виктор Климин, шел уже второй час ночи, композитор с радостью присоединился по скайпу к якутским друзьям, собравшимся в это время в епархиальном управлении, и рассказал, что изначально «Созвездие Марии» задумывалось как мюзикл. «Но когда речь зашла о драматическом спектакле, я морально уже был готов к тому, что мюзикла не будет, ибо он предполагает такие вещи, как оркестр с дирижером и исполнение песен вживую. Поэтому и предложил компромиссный вариант – петь с «плюсом». Но в реальности практически все артисты оказались певучими и записали себя сами. Я очень удивился, было приятно слушать их голоса. В итоге получился музыкально-драматический спектакль. Хороший, в чем, несомненно, огромная заслуга Андрея Саввича.

Все совместилось, случилось то, что вообще-то не должно было случиться. Мы стали свидетелями чуда, потому что, честно говоря, мало верили в успех. Ведь репетиция в Москве была единственной. Однако на следующий день актеры играли так, что в некоторых моментах я даже украдкой вытирал слезы, хоть и мужчина. И видел, что другие тоже. Мне кажется, что на премьере каждый артист чувствовал, что герой, которого он воплощает, в этот момент был рядом с ним и вдохновлял. Точно такое же у меня возникало чувство, когда я сочинял музыку – мне постоянно казалось, что реальные герои, их души находились возле меня – я чувствовал их настроение, реакцию.

Еще хочу рассказать об одной почти мистической истории: позапрошлый и прошлый годы были у меня очень насыщенными, с тяжелыми расписаниями, без выходных. Сочинял я практически только ночью. Однажды включаю телевизор в 5 утра и вдруг вижу – фильм «Друзья Беринга», т.е. та же тема! Правда, захватил только конец. Так жаль! Прошло дней пять, опять включаю ночью телевизор – снова этот фильм, но на этот раз – самое начало. После этого все герои спектакля словно ожили в моих глазах, и я их УСЛЫШАЛ!»

После таких слов грех было не включить финальную песню спектакля – «Россия», слушая которую, артисты тихонько подпевали. А зрители, побывавшие на спектакле, видели в этот момент героев – покорителей Арктики, стоявших на своем корабле. Живых.

Бобина на сцене

К Виктору Климину присоединился художественный руководитель и директор ГАРДТ им А.С.Пушкина Александр Лобанов, подтвердивший: «Да, действительно, как-то так все «паззлы» сложились, встали на место, и в итоге получилась очень хорошая картинка. У которой появилась душа. А больше ничего и нужно, по-моему. Если даже владыка отмечает, что и в пост этот спектакль смотреть можно! Значит, не зря два года работали!»

Заведующая литературной частью театра Галина Иванова справедливо заметила, что в равной степени заслуга в успешности постановки принадлежит и Саха театру. Она представила краткий экскурс в историю взаимодействия культур, обратив внимание слушателей, что ровно полтора века назад, в 1863 году в Якутске силами прогрессивных политссыльных образовался кружок любителей музыки и литературы, а в 1891 году был утвержден его устав, подписанный министром внутренних дел России. Именно с этой даты ведет отчет «биография» Русского театра.

Галина Вахитовна поведала, что первой постановкой и на якутском, и на русском языке стала драма, написанная Василием Никифоровым-Кюлюмнюром в 1906 году, «Разбойник Манчаары». С этой пьесой, которая произвела фурор, артисты проехали по всем близлежащим почтовым станциям. Именно о них, кстати, пойдет речь в историческом, краеведческом спектакле «Страсти по ямщику» – шестом по счету, который будет поставлен Андреем Борисовым в Русском театре.

Также она привела несколько удивительных случаев, когда театр получал явную помощь свыше. Вот одна из них: «Помню, когда ставили «Одиссею инока якутского», Андрей Саввич решил, что основной декорацией должна стать огромная бобина, железный кабелеукладчик, почти два с половиной метра высотой. Он придумал, что эта махина должна быть на сцене и олицетворять бездушное колесо истории, которое, как каток, все под себя подминает, в том числе, и нашего инока. Утром на репетиции велит – чтоб к вечеру было на сцене. А такая бобина, без кабеля, как раз лежала на улице Ярославского, вмерзшая в грунт. Ноябрь. Мороз. Просто так ее из земли без крана не выдернешь, а где ж его взять, да еще в такие сроки? Выхожу из театра, а тогда только строилась гостиница «Полярная звезда». Время – обед, до репетиции – считанные часы. Стою лицом к железным воротам и восклицаю: «Господи, где ж мне кран-то взять?!» Тут ворота открываются – и со стройки выезжает кран. Бобина к вечеру была на сцене…»

Эмоциональными переживаниями поделились и артисты. Например, Илья Данилевский, играющий главного героя, назвал этот опыт потрясающим. Думается, ему было даже труднее, чем остальным, ведь целый год капитанские «погоны» носил Евгений Стрельцов, только недавно уехавший на ПМЖ в Москву. Тем не менее, судя по отзывам, новый Василий Прончищев зрителями воспринят.

Марина Слепнева считает роль Марии настоящим подарком судьбы: «Ее влияние оказалось настолько сильным, что даже изменило мое мировосприятие… »

От лица всех благодарных зрителей слова глубочайшей признательности создателям спектакля и артистам передала Татьяна Емельянова, по силе воздействия сравнив «Созвездие Марии» с «Юноной и Авось» и передав респект театралки из Казани, сидевшей с ней на спектакле рядом.

Владыка Роман отметил, что ему понравился сквозной проход по сцене святой Татьяны – без открытия личности: «Потому что для православного, христианского театра, которому, как минимум две тысячи лет, не было характерно присутствие Христа либо Богородицы – лишь опосредованное Их участие». Также он похвалил Владислава Мичурина за образ священника, который вышел «очень достойным, не вычурным», хотя, по собственным словам, епископ наблюдал за игрой артиста очень придирчиво. «Вообще я был обеими руками «за», чтобы в пьесе присутствовал священнослужитель – не потому, что сам церковный человек. Дело в том, что корабельный священник был идеалом жертвенности. Если у офицеров существовали вопросы чести, карьеры, то у него кроме веры и желания послужить Богу и людям вообще ничего не было. Он служил исключительно ради спасения души – своей и тех, кто рядом. И у Вас получился этот образ», – подтвердил епископ.

Тепло поблагодарив за вдохновенные труды автора, режиссера, композитора, актеров, управляющий епархией добавил, что присутствие министра культуры республики на этом вечере не просто придало встрече высокий уровень, но подтвердило неделимость духовного и культурного пространства в Якутии. «И что мы все – радетели за то, чтобы оно преображалось – и через подобные спектакли, являющиеся, действительно, событием, как минимум, российского масштаба, и через дружеское общение, которое было сегодня».

… Встреча завершилась, но только не история «Созвездия Марии» – ведь буквально неделю назад Владимир Федоров и Виктор Климин подписали договор с кинокомпанией «Каро Продакшн», которая будет снимать фильм по пьесе. И значит, все только продолжается…

Тамара РОМАНОВА.

Поделиться в соцсетях

Если вы стали очевидцем интересного события или происшествия, присылайте фото и видео на Whatsapp 8 909 694 82 83
04.12.2013 20:31 (UTC+9)

МАРАФОН
ЛЕНТА НОВОСТЕЙ