СМИ: министру спорта РФ тайно вручили государственную награду
Скончалась заслуженная артистка РФ Екатерина Дурова
В РФ естественная убыль населения станет рекордной за 11 лет
Зеленский: "Я не давал интервью телеканалу "Россия-1"
График плановых работ якутских энергетиков на 14-16 декабря

ИА SakhaNews. Украина – это наша братская страна, которая сегодня находится в сложном положении.

Россия пошла на снижение цены на газ не в интересах действующего украинского руководства, а в интересах народа Украины, подчеркнул президент РФ Владимир Путин, отвечая на вопрос журналистов, можно ли рассчитывать на какие-то гарантии Украины в ответ на щедрость России, сообщает РИА Новости.

Глава государства подчеркнул, что это никакого отношения не имеет к "Майдану" и не является препятствием для вхождения в какие-либо Ассоциации.

Фрагмент стенограммыпресс-конференции:

Александр Чудодеев, журнал «Итоги»: "Владимир Владимирович, Вы раньше не раз говорили о том, что «хватит субсидировать экономику Украины». Так чем можно объяснить такую щедрость в отношении Украины сейчас?

И ещё. Рассчитываете ли Вы на отдачу со стороны Украины, то есть под какие экономические гарантии, может быть – политические, Россия оказывает столь солидную финансовую помощь? И входит ли в их число присоединение Украины к Таможенному союзу? Спасибо.

В.ПУТИН: Я видел здесь табличку, кто-то поднимал, было написано «Украина». Кто это? Сразу же задайте и Ваш вопрос, видимо, он будет в таком же русле сформулирован. Я постараюсь ответить и на то, и на другое.

ВОПРОС: Цимбалюк Роман, украинское агентство УНИАН. Спасибо, что Вы начали с Украины.

В.ПУТИН: Я не начинал с Украины. Я, честно говоря, рассчитывал, что эти вопросы будут, но думал, что где-то в середине.

Р.ЦИМБАЛЮК: Но Ваш всё-таки пул начал эту тему.

Я всё-таки хотел у Вас уточнить в продолжение по скидке на газ. Как так получилось: вы три года душили Украину ценами на газ и тут неожиданно цену снизили – значит ли это, что до этого цена была «братская» – несправедливая и завышенная для Украины? Вы говорили, что даже это – временные договорённости, и надо идти дальше. О чём, собственно, речь?

И, если можно, уточните, эти 15 миллиардов – это отказ Украины от ассоциации с Европейским союзом? Сколько вы готовы ещё заплатить, чтобы…

В.ПУТИН: Ну вот, уже разговор пошёл серьёзный. А сколько вам надо?

Р.ЦИМБАЛЮК: Секундочку. Чтобы окончательно отвадить официальный Киев смотреть в сторону Европы.

Спасибо большое. Украинское агентство УНИАН.

В.ПУТИН: Ладно, Вы меня порадовали своим вопросом.

Я начну всё-таки с коллеги, который начал формулировать эту тему. В целом, как я и предполагал, это практически одно и то же.

Почему мы приняли такое решение по кредитованию и по ценам на газ? Я сейчас это прокомментирую. Вы знаете, совершенно серьёзно вам скажу, без всякой иронии, мы часто употребляем словосочетания «братская страна», «братский народ». Сегодня мы видим, что Украина находится в сложном положении: и экономическом, и социальном, и политическом. Ситуация возникла по ряду обстоятельств и причин, но эта ситуация объективная. И если мы действительно говорим, что это братский народ и братская страна, то мы и должны поступить, как близкие родственники, и поддержать украинский народ в этой сложной ситуации.

Уверяю вас, что это самая главная причина, по которой мы приняли эти решения. Обращаю ваше внимание на то, что мы так же активно работали с прежним правительством Украины, которое возглавляла Тимошенко, работали очень напряжённо по всем направлениям.

Кстати говоря, именно её правительство подписало тогда газовый контракт. И я считал и считаю, что этот контракт абсолютно экономически обоснован и находится в полном соответствии с нашей практикой работы с другими инопартнёрами. Формула цены точно такая же, как для всех наших потребителей в Европе. И не нужно здесь ничего придумывать.

И никто никого не душил. С самого начала говорили, в том числе и на Украине, и, в общем-то, справедливо говорили: «Если мы хотим быть независимыми, надо за это заплатить, вести себя как независимая страна и действовать по общепринятым в европейской практике и в мировой практике нормам». Именно на этих нормах и основан контракт, который был подписан в своё время.

Почему сегодня мы пошли на изменения в контракте? Почему мы сегодня предоставляем им кредиты? Ведь мы говорили о том, что если кто-то хочет субсидировать украинскую экономику, то пусть это делает, но не за наш счёт.

Мы говорили это, когда спорили как раз по энергетическим проблемам. Я и сейчас так считаю. Нечего к нам обращаться, особенно третьим странам, с предложением снизить цены или ещё что-то сделать. Если кто-то хочет это сделать, пусть делает.

Повторяю ещё раз, мы пошли сегодня на те решения, о которых вы знаете, в силу сложной ситуации в украинской экономике. Она сложилась из-за ряда причин, как я сказал.

Я сейчас не буду анализировать внутренние причины, они тоже есть, так же как у нас, и я об этом говорил в Послании. У нас тоже есть внутренние причины известных экономических сложностей, на Украине есть свои, но есть и внешние, они носят объективный характер.

В чём заключаются эти внешние сложности. В конъюнктуре рынка по основным товарным группам Украины. Украина примерно равное количество товаров продаёт как в Россию, так и в страны Евросоюза, примерно, я сейчас могу ошибиться, но где-то по 17 миллиардов долларов. Но структура этих товарных потоков разная. Если из 17 миллиардов продаваемых на российский рынок товаров украинского производства семь, а может быть, и больше приходится на машины и оборудование и только около 2 миллиардов – на машины и оборудование в Европу, то при продаже в Европу пять с лишним миллиардов – это товары сельхозгруппы, продовольствие. Понимаете, в чём дело? Здесь я Вам как спортсмен-любитель могу сказать: нам нужно немножко пошевелить мускулами, и всё станет ясно.

А что станет ясно? Станет ясно, что если... Сейчас говорили про ассоциацию. Мы разве против ассоциации? Мы вообще не против ассоциации, мы просто говорим, что вынуждены будем защищать свою экономику, потому что распахнутые ворота в рамках зоны свободной торговли с Украиной сегодня мы не можем оставить в таком состоянии, если Украина распахнёт свои ворота в сторону Евросоюза. И мы вынуждены будем это прикрыть.

Что это означает, если сопоставить с товарными потоками? Это означает, что продукция машиностроения и дальше будет припадать, потому что она в основном реализуется на российском рынке, а товары сельхозгруппы, продовольствие, вряд ли будут расти в европейском направлении, потому что там очень много ограничений нетарифного свойства, связанных с фитосанитарными ограничениями. Они научились это делать. А в документах, которые предлагались к подписанию, нет никаких преференций для украинских товаров.

Или попробуйте объясните фермерам во Франции, в той же Германии, в Испании, в Греции, в Португалии, в странах юга Европы, что нужно им немножко прижаться в интересах Украины. Я посмотрю на их реакцию. Но только не каких-то функционеров, а работяг, которые на земле работают. Кроме того, денег никаких нет.

В этих условиях мы приняли, с одной стороны, решение, связанное с нашими особыми отношениями с Украиной. И, повторяю ещё раз, не в интересах какого-то действующего даже руководства, а в интересах именно украинского народа.

Во-вторых, исходя из прагматичных соображений. Ведь это не первое решение подобного рода. Вы как-то мимо ушей пропускаете некоторые вещи. Ведь «Газпром» дважды подписывал дополнения к действующему контракту о переносе платежей сначала на октябрь, потом на ноябрь. Сейчас ещё раз перенесли платежи. Мы реально понимаем, что есть сложности с платёжеспособностью. Так зачем же добивать своего основного партнёра? Поэтому это прагматичное решение. Действительно, оно носит временный характер, это дополнение.

Мы рассчитываем на то, что нам удастся найти какие-то решения долгосрочного характера, которые позволят сохранить эту цену и позволят нам совместно работать более глубоко друг с другом. Ведь мы ещё много лет назад при президенте Кучме предлагали совместное использование, скажем, ГТС Украины. Причём не собирались покупать, не собирались её забирать в собственность, она оставалась бы собственностью украинского государства. Предлагали создать консорциум из российских, европейских и украинских предприятий, взять его в управление, содержать и так далее. Все сказали: «Да». И всё потом завалили. К чему привело? Привело к тому, что мы сейчас построили «Северный поток» и приступили к «Южному». Стоимость самой ГТС Украины уже приближается к минимальным отметкам. Понимаете?

То же самое происходит в сфере промышленности. Вы, наверное, знаете, а кто не знает, я скажу: вертолётные двигатели мы почти на 100 процентов закупали до сих пор на Украине для наших Вооружённых Сил. Почти на 100 процентов. Мы много раз предлагали различные варианты кооперации. Договориться не удалось. К чему это привело? Мы сейчас под Петербургом начали строить второй завод по производству авиационных двигателей. Первый уже работает, продукция выпускается, причём это же двигатели следующего поколения. Куда украинский производитель пойдёт с тем, что они производят у себя? В Европу будет продавать? Я очень сомневаюсь. Наверное, это возможно, но очень сложно.

Далее. Я не случайно сказал вам про структуру товарных потоков на Украине. Из 17 миллиардов к нам 7 – машины и оборудование, в Европу 5 – это сельское хозяйство. Но если Украина примет технические стандарты ЕС, они к нам вообще ничего не смогут продавать. Понимаете? Значит, Украина станет сразу – это по определению просто, даже думать особо не нужно, нужно почитать только бумажки – так называемым «сельхозпридатком». Но и придатки бывают разные: бывают здоровые, бывают не очень. Ведь чтобы пробраться с украинским товаром на европейский рынок, надо ещё поработать. Где преференции? Никаких преференций ведь нет в этих бумагах.

Я думаю, что именно это беспокоит украинское руководство сегодня. Ведь легко сказать: да, давайте мы «подзакроем» там предприятие, ничего страшного, зато потом всё будет, как Европе. Но до этого дожить нужно. А многие предприятия просто закроются, они не доживут. В этом же всё дело. А можно ли переходить, скажем, на эти стандарты, на торговые нормы? Можно и нужно, они хорошие. Но это требует времени и капиталовложений. Деньги нужны. И не 15 миллиардов. Сотнями миллиардов измеряется объём средств, которые нужны для модернизации предприятий. 15 миллиардов – это на поддержку бюджета, чтобы можно было заплатить зарплаты, пенсии, социальные пособия.

Мы считаем, что эта часть тоже достаточно прагматичная. Почему? Потому что да, это поддержка украинской экономики и украинского народа, без всяких сомнений, но это средства ФНБ, как вы знаете, наших резервных фондов. У нас в резервах Правительства на сегодняшний день 175 миллиардов долларов, и ещё 515 миллиардов долларов – золотовалютные резервы Центрального банка. Эти средства – 15 миллиардов – мы даём из резервов Правительства, из ФНБ, на коммерческих условиях, 5 процентов с купона. По требованию украинской стороны эти украинские бумаги будут размещены на ирландской бирже, и по предложению украинской стороны менеджером этой сделки будет «ВТБ Капитал». Это не наше предложение, мы готовы были на любого менеджера.

Вот в этом суть наших предложений и договорённостей. Это никак не связано ни с «майданом», никак не связано с европереговорами Украины. Мы просто видим, что Украина в сложном положении, и её нужно поддержать. У нас есть такая возможность, и мы её используем. Повторяю ещё раз, имея в виду наши особые отношения с Украиной и желая сохранить кооперацию, в которой мы тоже заинтересованы.

Кстати говоря, эти товарные потоки машиностроительной продукции, которые идут к нам с Украины, – это же всё наследие кооперации, которая ещё досталась из Советского Союза. Там много архаичного, но в целом это огромные наши конкурентные совместные преимущества, которые нужно грамотно использовать и развивать. И мы можем это сделать на благо как украинской, так и российской экономики.

В конечном итоге, я уже много раз говорил, сами украинские политики, экономисты, эксперты должны посчитать и принять прагматичное решение, что выгоднее – так поступить или иначе. Мы не настаиваем ни на чём. Но вот эти 15 миллиардов, о которых я сказал, – это возвратные деньги. Ещё раз хочу напомнить, 5 процентов с купона, размещены на Ирландской бирже, – по-моему, по английскому праву, поэтому они защищены. Я здесь не вижу никакого расточительства с нашей стороны. Но, конечно, это явная поддержка наших украинских друзей.

А что касается газа, то это одновременное решение. Оно может продляться по договорённости между партнёрами. Очень рассчитываю на то, что в конечном итоге мы договоримся о какой-то долгосрочной совместной работе. Полагаю, что это вполне возможно".

Поделиться в соцсетях

Если вы стали очевидцем интересного события или происшествия, присылайте фото и видео на Whatsapp 8 909 694 82 83
19.12.2013 18:45 (UTC+9)

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ